------------------------------
+ отвлечённо: В калейдоскопе детских впечатлений всегда отыщется такое, что западает в душу и странным образом волнует. Лермонтову к примеру, хотелось вспомнить песню, которую в раннем детстве напевала ему мать Но мотива он так и не услышал, зато живущая в глубинах подсознания мелодия, быть может, пробудила в нем «песенный дар», «силу непонятную», «созвучье слов живых». Вспоминая тот голос он обретал свой. У грузин есть поговорка: это плохой человек - над ним не пела мать. И жизнь, и литература подтверж­дают это.
Никаких песенных голосов из далеко­го детства моя память, скажу откровенно, не слышит. Родителям, у которых нас было трое детей и каждый один другого старше всего лишь на год, наверное, было не до песен. Зато по вече­рам мой отец, квалифицированный токарь, всегда спешил домой и, немного поиг­рав с нами, обычно вслух что-нибудь читал. Обширной детской литературы в начале 30-х годов еще не было, и отец читал нам классику, в основном Пуш­кина. Две мои младшие сестренки осо­бенного интереса к чтению не проявляли, и он стал чуть больше заниматься со мною. В пять лет я уже знал наизусть «Руслана и Людмилу». Механически вы­учить такое количество текста, не разби­раясь (пусть наивно, по-детски) в остро­сюжетных коллизиях, думаю, невозможно, даже обладая невероятной феноменальной памятью.