Человек по фамилии Фишер («Рыбо­лов») решил оправдать свое имя. Ему было уже сорок лет, в семье росло четверо сыновей, но он бросил все, услышав о случайной находке: в 1963 году строитель Кип Вагнер подобрал на берегу Флориды испанскую се­ребряную монету. Вагнер не поленился по­слать запрос в Генеральный архив Индий и выяснил, что в 1715 году в этих местах по­чти полностью затонул Золотой флот. Спаса­тельная экспедиция испанцев не смогла подобрать рассыпавшиеся по дну драгоценные украшения, шестьдесят тысяч монет, слитки золота и серебра. Фишер предложил Вагнеру организовать компанию по разработке золо­тоносного дна.
Главной проблемой было расчистить дно. Фишер изобрел специальное приспособ­ление: размещенный под гребными винтами изогнутый цилиндр направлял воду вертикально вниз, мощной струей смывая наносы. Этот прибор тогда назвали - «почтовй ящик». За год работы Фишер и Вагнер подобрали 2500 дублонов, среди которых были особо редкие монеты 1702 года, - коллекционеры покупали их по двадцать пять тысяч долла­ров каждый.
В 1970 году Фишер выбрал цель своей жизни: ею стала «Нуэстра сеньора де Аточа». Этот прекраснейший флагман Золотого флота вышел из порта Гаваны 4 сентября 1622 года. На борту «Аточи» было сорок семь тонн золота и се­ребра. Шторм уничтожил «Аточу» и вместе с ней еще семь кораблей, наиболее перспек­тивным из которых считалась «Святая Маргарита».
Через четыре года испанцы прислали спасательную экспедицию. Капитан Фран-сиско Нуньес Мелиан нашел «Святую Маргариту» и поднял триста пятьдесят серебряных слитков. Все остальное по-прежнему ле­жало на дне. Водолазы не раз пытались най­ти «Аточу», но их сбивало с толку изменение географических обозначений: островом Матекумбе в XVII веке испанцы называли не современный Матекумбе, а южную оконеч­ность Флориды. Узнав от профессора-историка Юджина Лайонза, что наиболее вероятное место гибели испанского флота - островки Маркезас, расположенные неподалеку от Флориды, Фишер сосредоточил поиски в этом районе. Он использовал теперь уже современную технологию, включая в число прочего атомный анализ воды и съемки из космоса. Тем не менее первые годы со дна удавалось достать только мушкеты и сабли, лишь в 1973 году пошли серебряные монеты, а 4 июля, в День независимос­ти, явился первый слиток. Выбитый на нем регистрационный номер соответствовал со­хранившейся в Генеральном архиве Индий описи груза «Аточи».
Но тут удача отвернулся от предприимчивого Рыболова. В ночь на 20 июля 1975 года пошел ко дну принадлежавший ему буксир, и вместе с ним утонули сын Фишера Дирк, жена Дирка, Анхель, и один из членов его команды. Не исклю­чено, что имела место диверсия со стороны конкурентов.
Миллионы, взятые взаймы и затраченные на поиски, не окупались. Мэл был на грани банкротства. Море отняло у него близких и ничего не дало взамен. И все же, несмотря на свои беды, он держался до последнего. В 1980 году кладоискателю, наконец, повезло. С помощью магнитометра был обнаружен якорь, по которому можно было безошибочно идентифицировать корабль: то была еще не «Аточа», а «Святая Мар­гарита», но ценности, поднятые с борта этого корабля, обеспечили еще пять лет поисков.
Весной 1985 года ныряльщики начали приносить обручи от бочек, в которых когда-то хранился груз «Аточи», а затем и первые ценности: шестнадцать брошей с изумрудами, несколько золотых слитков, более четырехсот серебряных дублонов.
20 июля, день в день через десять лет после гибели Дирка, «Аточа» открыла свою заветную тайну. Двое ныряльщиков, Энди Матроски и Грэг Уэрхем, наткнулись на глу­бине восемнадцати метров на обросшую водорослями подводную скалу. Приборы подсказали: «скала» состоит сплошь из серебря­ных слитков. Испанский флагман вернул пролежавшие на дне четверть тысячелетия сокровища: 3200 изумрудов, 150 тысяч сереб­ряных монет и 1000 сорокакилограммовых слитков серебра. Добыча Дирка, по самым скромным подсчетам оценивается в четыре­ста миллионов долларов.