Скачать:
-------------------------
+ отвлечённо фрагмент письма: Наблюдаю, как иногда мальчишки иг­рают во всадников, воображая себя бога­тырями, витязями, мушкетерами, размахи­вая самодельными саблями, шпагами, ме­чами; но, увы, ни от кого из них не услышишь тех крылатых поэтических реп­лик, какие (все по той же доброй воле отца), тоже играя во всадников, когда-то выкрикивал я:
Повеселись, мой верный меч,
Повеселись, мой конь ретивый.
И хотя я был вооружен теми же «де­ревяшками», что и все, но богатыр­ского (!) возгласа мои плохо информи­рованные сверстники нередко устраша­лись. Нескрываемую оторопь вызывало:
Я еду, еду, не свищу,
А как наеду, не спущу!
Но более всего в богатырской удали сказочного витязя уже тогда, в детстве, до слез волновало его безмерное велико­душие: прощены были и злодейства Фарлафа, и козни бородатого карлика... То, собственно, была некая нравственная победа! Понятие - милосер­дие... Вырос ли я как учитель до тако­го милосердия, в котором и «начало» толстовского всепрощения?.. Сказка невольно переплелась с жизнью. Такова, видимо, участь всех сказок, которые запа­дают в душу. Тончайшими нитями художе­ственного вымысла вплелась она и в мою профессию, определив педагогику предме­та, который веду.
Когда житейские неурядицы, обиды иной раз обступят плотным кольцом и снова захочется уйти в детство, защищенное сказкой, перечитываю «Руслана» отчасти и как свою поэму, где столько явных, глубоких и точных параллелей, аналогий. И снова вспоминаю отца, ус­тавшего, нередко раздраженного, но умев­шего себя и меня окропить живой водою всеисцеляющего искусства.
Евгений Николаевия Ильин, учитель