----------------------------
+ Лев Кривенко Рассказ Фурье часть 9.
На другой день Кузьмич с видом заговорщика, огляды­ваясь, сказал, что нужная нам резолюция наложена и я могу бежать в контору за расчетом. Я пожал дубленую руку Кузьмича, из сочувствия ставшего соучастником.
Вот так, не будучи сторонниками той или иной реформы, мы приходим на помощь человеку, чтобы уберечь, спасти его от неприятностей, размолачивающих каждого по-разному.
часть 10.
Бухгалтер Курочкин не смотрел на меня увеличенными глазами, не фыркал. Расчеты такого рода, очевидно, достав­ляли ему наслаждение, которого он не скрывал. Он даже оглядел меня с торжествующей любовью, как, наверное, глазеет паук на мотылька, завязшего в паутине.
Курочкин долго перебирал бумаги, ведомости, изучал обходной лист. Я почувствовал: без напутственного слова он не отпустит. Как только я расписался, я выпрямился, словно сбрасывая с себя путы, сковывающие движения, и сразу повернулся к выходу.
- Минуточку!- остановил он меня.
Я обернулся. Он поднял указательный палец.
- Молодой человек,- сказал он торжественно.
Я наклонил голову.
- Молодой человек, я хочу вам внушить... Вы никогда не сделаете карьеры, никогда, если…
Меня его «если» не интересовали. В моем лексиконе не было слова «карьера», вытравленного революцией.
Я приложил руку к кепке, как это делал Кузьмич, привет­ствуя кого-нибудь на расстоянии, и вышел.
Ничего не поделаешь: на ненависть я не могу отвечать признательностью, даже за верный совет.