Главная » Выдающиеся Люди » Виктор Васнецов


Виктор Васнецов

Выдающиеся Люди

Riddle

10 октября 2008

Напечатать

Виктор Васнецов
«Витязь на распутье»
Это была первая картина, в которой Вик­тор Михайлович Васнецов (1848—1926) предстал перед публикой и собратьями-ху­дожниками в новом свете. Все, что он раньше делал в живописи, носило отпеча­ток несамостоятельности, даровитой вторичности, скорее метаний, нежели обре­тений, и в общем совсем не удовлетворяло его.
Человек по натуре упорный, знающий себе цену, но слишком погруженный в се­бя, а поэтому довольно робкий и неуве­ренный в делах и общении, Васнецов, вероятно, не столько искал себя в первый период своего творчества, сколько не ре­шался раскрыть свою настоящую сущ­ность — сущность художника-мечтате­ля, пламенного ревнителя русской стари­ны. Друг и ученик Крамского, приятель Репина, он понимал, конечно, что жи­вопись его друзей-передвижников зиждет­ся на безусловном предпочтении будуще­го перед прошлым, и дело тут не в сю­жетах отдельных картин, а в образе мыс­лей, характере устремлений. Но едва ли в начале пути он осмелился высказать, что, по его мнению, духовные сокровища русской старины отнюдь не исчерпаны, не освоены живописью, да и в будущем они должны занять свое место, и стало быть, неправильно забывать о них...
Впоследствии, когда Васнецов просла­вился именно в качестве создателя «русско-волшебных» картин, многие пыта­лись установить происхождение его не­обыкновенной живописи. «В 60-х годах (XIX в.— В. А.),— писал, например, Стасов,— явился у нас Шварц (автор картин из боярского быта.— В. А.), 20 лет спустя, в 80-х,— Суриков и В. М. Васне­цов, которые показали своими (немногими, к сожалению, и на слишком редких ин­тервалах появляющимися) созданиями: что исторический дух у русских в живопи­си — есть и может великолепно прояв­ляться».
Но это писалось, что называется, задним числом (и, кстати сказать, между Швар­цем, Суриковым и Васнецовым общего ма­ло), а когда в середине шестидесятых годов молодой вятич прибыл из родного села в столицу учиться рисовать, он не только не мог обнаружить свои склонности — куда там! — но и просто сохра­нить себя, выдержать натиск действитель­ности. В 1901 году биограф Васнецова, писатель В. Л. Кигн (Дедлов) так расска­зывал о начальном периоде его петербург­ского житья: «Душа полна жизни, а сапоги в дырах. Художник пламенел стремлением к красоте, а нужда заставляла чернить карты для географических магазинов и рисовать карикатуры для юмористических журнальцев. О картах Васнецов вспоми­нает без особого содрогания, но где именно помещал он карикатуры, ни за что не хо­чет открыть...» Картина, знакомая по био­графиям многих русских художников...
Короче говоря, до конца семидесятых годов Васнецов, постепенно совершенст­вуясь с точки зрения формального мастер­ства, работал в области жанра, писал картины в стиле Федотова и Маковского, побывал за границей, вступил в Товари­щество передвижников и уже приобрел себе имя.
Два события подвигнули его на попытку заговорить наконец в живописи собствен­ным голосом: во-первых, русско-турецкая война, вызвавшая патриотический подъем в обществе и усилившая у русских созна­ние своих славянских корней, а во-вторых, переезд в Москву: за десять лет жизни в Петербурге он так и не сумел полюбить его и привыкнуть к нему. «Решительный и сознательный переход из жанра,— писал он в позднейшем письме к Стасову,— совершился в Москве золотоглавой, конеч­но. Когда я приехал в Москву, то почув­ствовал, что приехал домой и больше ехать уже некуда — Кремль, Василий Блажен­ный заставляли меня чуть не плакать, до такой степени все это веяло на душу родным, незабвенным...»
Правда, в том же письме Васнецов пи­сал, что сделался в живописи «историком, несколько на фантастический лад» без резкого «перелома или какой-либо пере­ходной борьбы»; «несколько из картин по­следующего периода, московского, были задуманы мною еще в петербургский пе­риод, например: «После побоища из «Сло­ва о полку Игореве», «Богатыри»... «Витязь на распутье»... Однако «перелом», конечно, произошел, и довольно резкий, хотя, на­верное, не будет ошибкой понять его в смысле запоздалого прихода художника к самому себе.
Действительно, еще с 1871 года образ витязя на распутье постоянно занимал воображение Васнецова, чему свидетельст­во — множество подготовительных на­бросков и проб, сохранившихся в его аль­бомах. Сюжет подсказала ему былина «Илья Муромец и разбойники»:

Наехал он на три дороженьки,
Три дороженьки он, три росстани.
На тех росстанях лежит там бел горюч камень.
А на камени том подпись подписана:
«На леву ехати — богатому быть,
На праву ехати — женату быть.
Как прямо ехати — живу не бывати.—
Нет пути ни прохожему, ни проезжему,
ни пролетному».
И раздумался старый Илья Муромец,
Илья Муромец, сын Иванович:
Да в которую дороженьку будет ехати?

Первый вариант «Витязя на распутье», написанный в 1878 году, судя по плохой фотографии, был намного слабее, чем вто­рой, окончательный вариант, относящийся к 1882 году, а ныне хранящийся в Русском музее.
Скифская, половецкая, печенегская ди­кая бескрайняя степь буйно поросла соч­ными травами; желтые лишайники облепи­ли вековые валуны; черная птица — ве­щунья несчастья резко выделяется на фо­не сероватого неба, еле заметно подсве­ченного зарей; череп и кости напоминают о смерти. И в этой степи, из которой едва ли выбрался благополучно хотя бы один заезжий чужак, задумался, понурив голо­ву в шлеме, былинный богатырь Илья Муромец. Жутью веет от каждой детали кар­тины, опасен бескрайний степной простор, и трудно, почти невозможно пояснить, каким чудом Васнецов создает впечатле­ние, что витязю ведомо все, что будет, и вместе с тем решение принято. Он уже выбрал прямую дорогу и недолго промед­лит на распутье. Видимо, нравственный па­фос, одушевлявший Васнецова, заключает­ся в том, что зловещее предсказание на камне не имеет над витязем обязатель­ной силы; он развеет колдовские чары сте­пи, подчинит ее своей воле и не остановит­ся, пока не добьется своего, скольких бы опасностей ни пришлось избегнуть, сколь­ких врагов победить, каких бы ужасов ни встретить лицом к лицу...
Известно, каким горячим патриотом был Васнецов, как свято верил он в силу и мощь простого русского человека, и вот прочтите его собственные слова о «Витязе», сказан­ные уже в глубокой старости.
«Я,— сказал Васнецов,— хотел... пока­зать, в чем сущность моего народа, какие у него отличительные качества среди дру­гих народов вселенной.
Мы — поэты, а без поэзии, без мечты, нельзя ничего делать в жизни. Мы, не ща­дя себя, боролись и будем бороться за независимость своей земли. Русские лю­ди — витязи на распутье — никогда не боятся того, что сулит нам будущее». К этому трудно что-либо добавить.







После этой статьи часто читают:

  • Владимир Маковский
  • У реки Вори, в доме Аксаковых и Мамонтовых
  • Художник Андрей Рябушкин
  • Василий Андреевич Тропинин
  • Картина «Полдень»
  • Андрей Петрович Рябушкин
  • Анри Матисс (1869-1954) Красные Рыбы 1911 г.


  • Просмотрено: 8946 раз

    Добавление комментария

    Имя:*
    E-Mail не обязательно:
    Введите код: *

    Поиск по сайту

    Карта сайта:
    1 ,2 ,3 ,4 ,5 ,6 ,7 ,
    8 ,9 ,10 ,11 ,12 ,13
    Пользователи  Статистика

    Архив новостей

    Май 2018 (3)
    Апрель 2018 (3)
    Январь 2017 (3)
    Март 2016 (4)
    Январь 2016 (6)
    Сентябрь 2015 (5)

    Правила

    Наши друзья

    Новости партнеров

    01Категории

    02Популярные статьи


    03Опрос на сайте

    Вам понравились наши статьи? Сделайте комментарий и проголосуйте, пожалуйста. Нам важно ваше мнение.

    Отлично, добавил в закладки
    Хорошо, статьи понравились
    Кое-что интересно, выборочно
    Скучные статьи
    Оставил комментарий
    Читать и писать неумею


    04Календарь

    «    Октябрь 2018    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
    1
    2
    3
    4
    5
    6
    7
    8
    9
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
    19
    20
    21
    22
    23
    24
    25
    26
    27
    28
    29
    30
    31