Среди тысяч звёзд, усеявших небосвод, нет-нет да и мелькнёт вдруг падающая яркая точка, остав­ляя за собой быстро тающий светящийся след. Вполне возможно, что такой звездопад случалось видеть и вам, поскольку это явление не столь уж и редкое. Слышали, должно быть, вы и о поверье: если успеешь загадать желание, пока летящая звезда не погасла, мечта обязательно исполнится...
Почему родилось такое поверье, догадаться нетрудно: уж очень таинственно выглядят падающие звёзды. Тем не менее, никакого секрета в этом небесном явлении, конечно, нет. Любой старшеклассник объяснит вам, что падающая звезда - не что иное, как малое космическое тело, попавшее в атмосферу Земли. В Солнечной системе их великое множество - от крошечных песчинок до гигантских тел. Когда путь такой космической странницы пересечётся с земной орбитой, она раскаляется от трения о воздух атмосферы добела и сгорает. Правда, самым большим иногда удаётся долететь и до земной поверхности - такие небесные гости называются метеоритами.
Но иной раз, правда, очень редко, ночное небо преподносит и вовсе уж необычное и озадачивающее зрелище. В 1799 году его довелось, например, наблюдать знаменитому немецкому естествоиспытателю Александру Гумбольдту, путешествовавшему по Южной Америке. В ночном небе вдруг разразился самый настоящий «звёздный ливень». По небосводу стреми­тельно проносились тысячи «капелек», оставлявших за собой огненные следы, гаснущие на лету, а вслед за ними неслись всё новые и новые. Этот фантастический фейерверк продолжал­ся почти два часа, а потом прекратился столь же неожиданно, как и начался.
Гумбольдт был не первым очевидцем «звёздного дождя» - сообщения о них и прежде оставляли летописцы разных веков, а художники запечатлели их на рисунках и гравюрах. Несмотря на поразительную красоту редкого зрелища, суеверные люди считали его грозным небесным пред­знаменованием, сулящим чуть ли не конец света.
И заслуга Гумбольдта в том, что он положил начало истинно научному изучению феномена. Исследователь скрупулёзно изложил суть своих наблюдений в огромном труде «Путешествие в равноденственные области Нового Света в 1799-1804 гг.». Учёному удалось, например, подметить любопытный факт: у звездопада был некий единый центр - все огненные «капельки» как бы вылетали из одной какой-то далёкой точки, находившейся в районе созвездия Льва.
Однако раскрыть причины звёздного «ливня» Гумбольдт не смог. Да и неудиви­тельно: ведь наука того времени пребывала в поразительном заблуждении, пыта­ясь объяснить любые загадочные небесные явления, в том числе и одиночные па­дающие звезды, чисто атмосферными процессами. Искать же разгадку в космосе пока никто не решался.
Кстати говоря, отголоски этого заблуждения и по сей день слышны даже в самих названиях явлений. Ведь падающие с неба звёзды стали именоваться метеорами, а обильные звездопады - «метеорными дождями». Между тем, греческое слово «метеора» означает дословно - «явления, происходящие в верхних слоях атмосферы» и, следовательно, не имеет ни­какого отношения к космосу...
И всё-таки наблюдение, сделанное Гумбольдтом, в конце концов заставило учёных пересмотреть взгляды. Дело в том, что в 1833 году выпал ещё один обильный «метеорный дождь», центр которого опять-таки находился в районе созвездия Льва, а в 1866 году он повторился снова. Конечно, такая закономерность не могла быть случайной. И знаменитый итальянский астроном Джованни Скиапарелли после долгих астрономических наблюдений и математических расчётов разработал так называемую теорию метеоров, в которой «метеорные дожди» связывались с кометами. Дело в том, что некоторые из этих хвостатых космических странниц движутся внутри Солнечной системы, как и планеты, по строго определённым орбитам. Ядра комет состоят изо льда с вкрапленными в него твёрдыми частицами, а за ними тянутся длинные «шлейфы» из пылинок и песчинок. Учёные стали называть их ме­теорными потоками. Время от времени, двигаясь по орбите, наша планета пересекает тот или иной метеорный поток. При этом в атмосферу попада­ет огромное количество частиц кометного шлейфа. Сгорая, они и предстают наблюдателю обильным «метеорным дождём».
Теперь нетрудно объяснить и то, почему создаётся впечатление, что огненные «ка­пельки» как бы вылетают из какого-то одного центра. На самом-то деле они движут­ся в атмосфере по параллельным траекториям и с одной скоростью, а иллюзия созда­ётся перспективой. Можно сравнить: рельсы железной дороги или деревья по бокам аллеи тоже представляются как бы расходящимися из какой-то одной точки, тогда как на деле они параллельны...
Поскольку орбиты метеорных потоков и нашей планеты постоянны, то и встреча­ется с ними Земля всегда на фоне определённых созвездий и поэтому «метеорные дож­ди», как и соответствующие им метеорные потоки, получили в конце концов назва­ния, связанные с этими созвездиями. «Ливень», что наблюдал Гумбольдт, кажущийся центр которого располагался в созвездии Льва, теперь называется Леонида­ми - ведь по-гречески Леонид означает - «подобный Льву».
После Гумбольдта Земля ещё трижды проходила сквозь густой метеорный по­ток Леонид - последний раз это случилось в 1966 году. Столь же обильными за последние два века были метеорные дожди Андромедиды, наблюдавшиеся в 1872 и в 1885 годах, и Дракониды, «выпавшие» в 1933 и 1946 годах.
Зрелище «метеорного ливня» достаточно редкое, далеко не каждому доведётся на своём веку увидеть его собственными глазами. Но огорчаться не стоит: более «мелкие» «метеорные дожди» можно наблюдать куда чаще. Например, каждый август Земля проходит сквозь метеорный поток Персеиды. Плотность его несравнен­но меньше, чем у Леонид, поэтому звездопад представляется лишь отдельными, достаточно редкими «капельками». Но приглядитесь повнимательнее: как и при «боль­шом» дожде, кажется, что падающие звёзды вылетают из какой-то одной точки. Кстати, наблюдая за ними, можно немного и поважничать - ведь в отличие от Алексан­дра Гумбольдта вы знаете, почему так происходит.