-----------------------
+ отвлечённо старое письмо: Плата по чужим счетам
Если страна объединяет многочисленные народы, она всегда подвержена риску пережить - раньше или позже - вспышки национализма, и порой в самых экстремистских формах. Так дает о себе знать стремление к национальной независимости, приводящее нередко к распаду государства. Особенно в странах, где насилие - орудие политики, как это было у нас в СССР. Разве не учили нас, что насилие - закон жизни, повивальная бабка истории?!
Действуя в соответствии со старым колониалистским принципом «Разделяй и властвуй!», Советское государство делило народы на «хорошие» и «плохие». Для первых создавался режим «наибольшего благоприятствования», для других - режим концлагеря. Десятки народов были вырваны из родных мест и отправлены на погибель - в пустыню, тайгу, болота. Насколько это укрепляло «дружбу народов», теперь всем открылось. Но, как часто бывает в истории, зло творят одни, а расплачиваются другие люди и поколения. Время расплаты выпало нам. Наши современники проливают кровь в горячих точках. По нашим дорогам в наши дни бродят тысячи беженцев в поисках пристанища. Многие из них - русские люди, которых в национальных республиках часть населения воспринимает как воплощение и прямых наследников имперской политики бывшего «Центра». Такую высокую цену пришлось сегодня платить безвинным людям за преступно-безответственную ленинско-сталинскую национальную политику.
...Перелистывая старые, первых послереволюционных лет газеты, нельзя не видеть, как старалась советская пропаганда вытравить из сознания людей малейшие сожаления о прежней России. Как формировался отталкивающий облик «проклятого царизма», страны - «тюрьмы народов» (что, впрочем, не было полной неправдой), где опорой великодержавного шовинизма служил русский народ. И даже слово «русский» предпочитали не употреблять. Но в 30-х годах Сталин вдруг делает крутой идеологический поворот. Чувствуя, что одной только партии, сколь бы вымуштрованным ни был новый «орден меченосцев», все-таки недостаточно для надежного упрочения власти над страной, он решает добавить еще одну мощную «скрепу». Ею должен был стать... русский народ, «старший брат» в «дружной семье советских народов», первый и «наиболее равный» среди «равных».
Война еще более усилила этот крен. Сам «вождь всех времен и народов» провозгласил тост за великий русский народ, который сыграл особую роль в победе. Тем самым огромные жертвы, понесенные другими народами, их роль в Отечественной войне признавались как бы менее существенными. И вся дальнейшая национальная политика проводилась в том же ключе.
Плоды оказались горькими. Деформировалось национальное самосознание всех «братьев». Старшего - ибо в нем утверждались черты превосходства, того самого имперского великодержавного шовинизма, хотя уровень жизни и социального обустройства в русских регионах был зачастую куда ниже, чем в иных республиках, а русское культурное своеобразие терялось, вытесняемое некой «новой исторической общностью» по имени «советский народ». Уродовалось и сознание «младших братьев», пораженное духом национального унижения, неполноценности. Вот пример. Как-то я был в гостях у знакомого казаха, и в это время начали показывать по телевизору выступление Назарбаева. Хозяин дома позвал : «Смотрите, наш президент! Он хоть и казах, но великий человек». Это - «хоть и казах, но...»...