Сборник обоев рабочего стола Windows - красивых и сексуальных девушек

Сборник Sexual Ladies
Формат Jpeg
Разрешение 1920 X 1440
Количество 125 шт
Размер 56,2 Мб



---------------------------------
отвлечённо: Беседы о развитии личности.
Мы попросили старшеклассников ответить на вопрос: говорили ли им о совести дома? Большинство детей ответило однозначно: «Нет». Были и такие, например, ответы: «Дома, когда я приношу плохие отметки, родители начинают читать мне нотации на тему совести. Обычно мы не говорим на эту тему…», «Разговоров не было, за исключением замечаний старших: «Бессовестный! Нет у тебя совести!» – и возникающих в этих случаях дискуссий, в которых я изо всех сил старался взбесить собеседника (чаще женского рода), а тот искрен­не надеялся меня направить на путь истинный».
Подобная типично подростковая тональность звучит и в ответах, когда спрашиваешь: «Что такое совесть?»
«Совесть – это такое понятие, которое мы не проходили. И вообще это важдое и вполне растяжимое понятие. Ес­ли требуется индивидуальное мнение, то его дать не могу, потому что че­ловек без общества – ничто». «А во­обще в разных ситуациях человек может проявлять свою совесть, а мо­жет побояться это сделать. Посто­янной совести нет ни у кого. По­этому совесть – понятие относи­тельное. Дома разговоров не было».
А вот еще рассуждение юного фи­лософствующего релятивиста: «Что такое совесть – никто не знает (кроме меня). Я знаю и могу со всеми поделиться. Это – то, чего в достатке ни у кого нет. Я так вот, например, думаю об этом понятии. Со­весть – это когда стыдно за свои плохие поступки (за слишком хорошие, иногда, тоже). Чистую совесть я в своей жизни не наблюдал ни у ко­го. Многие часто пытаются даже скрывать свою собственную совесть. Им совестно за свою со­весть и было бы ее побольше у окружающих нас людей, особенно в нашей школе. Конечно же, не надо слишком уж много совести, а то будет всем совестно». И игриво-иро­ническая подпись: «К-ский и моя совесть».
Этому подростку явно «совестно за свою совесть», оттого все так проти­воречиво и зыбко в его ответе. Какая сторона противоречия победит в нем, окажись он в ситуации нравственно­го выбора?
Да… Говорить с подростками о совести – дело нелегкое. Но если не говорить сейчас – потом может оказаться уже поздно.
Но как говорить? Что говорить, если сами они способны додуматься?
Да, они способны сами доду­маться, но далеко не все задумыва­ются, а некоторые, как мы видим, до­думываются до того, что совесть – «понятие относительное», и «растяжимое». И одними декларациями (а тем более нотациями) тут дела не исправишь. Современный подро­сток может потребовать у вас дока­зательства необходимости нравст­венного поступка.
Поможем им задуматься о сове­сти. Спросим подростка, что он испытывает, когда у него это чувство возникает, и что нужно, чтобы оно его «отпустило». На такие вопросы могут ответить и младшие школь­ники, а иногда и дошкольники. Ре­бенок, например, работает «спустя рукава». Спросим его: «Как тебе: хо­рошо, весело?» – «Нет, как-то скучно, надоело, устал». – «А ты попробуй делать быстро, хорошо, изо всех сил! Давай вместе с тобой попробуем сначала! Ви­дишь, как хорошо идет дело? Устал? Ничего страшного, не сдавайся теперь. Уже лучше пошло, легче, правда? Будем до конца – изо всех сил… Интереснее теперь уже стало? Весело?»
Нужно, чтобы ребенок на опыте узнал радость преодоления, полной самоотдачи – добросовестного труда.
Есть сказка о горшочке с кашей: чем больше из него брали, тем боль­ше в нем прибывало. Так и у че­ловека: когда работаешь с полной от­дачей, добросовестно, откуда-то берутся все новые силы. А когда бережешь силы, жалея себя, они ухо­дят, жизненный тонус снижается, че­ловек «сникает». Сельские жители знают: если из колодца не брать во­ду – она застоится; нужно, чтобы колодец отдавал воду. Так же точно и чело­век. Чтобы не застоялся его душев­ный родник, он должен отдавать свои силы, от этого они только умножатся. Если же ребенок только и ждет, чтобы ему давали, то, сколь­ко ни оделяй его любовью, заботой, всевозможными благами, все ему бу­дет не в радость и уж точно не на пользу. На­до, чтобы ребенок заметил это и осоз­нал с помощью взрослых. Подросток уже не только способен к подоб­ным наблюдениям, но и может обоб­щить их, сделать для себя необходи­мые жизненные выводы. Тогда поня­тие «самоотверженный труд» станет для него живым и действенным.
Из ответов подростков о совести мы видим, какой глубины и тонкости могут быть их нравственные пережи­вания. Мы можем помочь лучше осмыслить эти переживания и довести их до степени нравственных убеждений. Но это возможно не там, где подростка обвиняют в «бессовестности», читают нотации, а лишь в атмос­фере доверительного общения, обмена опытом переживаний, совместного разрешения нравственных проблем. Понятно, что главное условие успеха в том, чтобы эти нравственные проб­лемы разрешались сообразно с со­вестью, – иначе и разговаривать не о чем. Невозможно ведь быть быть безупречным. А для подростка с его категоричностью порой достаточно и одного промаха, чтобы близкий человек упал в его гла­зах. Поэтому будем внимательны прежде всего к своему поведению. Если нельзя быть безупречными – будем самокритичными. Спустимся с менторского пьедестала и откровенно признаем свою человеческую сла­бость. Пусть наши дети поймут, что всю жизнь человеку предстоит пре­одолевать трудности и исправлять ошибки. Главное – не заглушать го­лос совести, не оправдывать ошибки, а стараться исправлять делом.
Подростки пишут: совесть «гло­жет», «мучает», «терзает», «болит», как будто речь идет о физической болезни. Действительно, муки совести бывают похуже физических стра­даний. Что болит? Почему это что-то болит? Помогите сначала зародиться этому вопросу – задумайтесь над ним вслух, порассуждайте о нем вместе, не спешите с подсказками. Хорошо, если подросток сам решит эту пси­хологическую задачу. Полезно стол­кнуть противоречивые мнения, подли­вая масла в огонь спора, доводя до абсурда тупиковые решения, помогая в нужную минуту наводящими вопросами. Лучше всего обсуждать эту проблему не абстрактно, а по по­воду реально возникших ситуаций, в связи с насущным нравственным конфликтом.
Когда болит зуб, печень или серд­це – понятно, что с этим орга­ном что-то не в порядке и его рас­стройство дает знать о себе чувством боли. А когда мучает совесть, «болит душа» – о чем это говорит? Тоже что-то расстроено в нашем душев­ном, психическом строе.
Не стоит слишком навязчиво го­ворить подросткам о совести – пу­скай они говорят сами, а взрослый собеседник останется в роли едва заметного дирижера. И тему подскажут они сами. «Можно опровер­гнуть теорию Раскольникова у До­стоевского о двух типах людей – «все могущих» и «строительного ма­териала». Совесть не позволяет идти на убийство…» – пишет один де­вятиклассник.
Подростки, судя по их выска­зываниям о совести, готовы к такому обобщению. Можно помочь им, со­поставив роман Достоевского с тра­гедией Софокла «Царь Эдип». Как и любая греческая трагедия, она вы­ражает принцип «преступления и на­казания»: герой трагедии гибнет, или страдает, или изгоняется вслед­ствие совершенного преступления. Нередко таким следствием оказы­ваются, как в «Царе Эдипе», страда­ния и болезнь всего народа, вызван­ные преступлением одного человека, и избавление народа обусловлено на­казанием и изгнанием преступника. Смысл этого художественного обобщения в том, что человек неотделим от общества. Нравственные нормы стоят на страже единства, целост­ности человеческого рода, поэтому преступление – переступление че­рез нравственные запреты – разру­шительно, оно несет за собой бо­лезнь и смерть.
Подростки интуитивно схваты­вают этот «алгоритм совести», основываясь на личном опыте; если же такое обобщение они сделают сознательно, на основании опыта челове­ческой культуры, они смогут дать идейный отпор тем «философам-релятивистам» из собственной сре­ды, для которых совесть – понятие «относительное» и «растяжимое».
Но «все-могущий» циник может возразить на это, что его лично никакие «неведомые силы» не остановят, если ему нужно трезво взвесить и сделать то, что ему выгодно. И сколько на свете людей, которые преспокойно обделывают свои де­лишки, – и никакая «совесть» их не терзает, никакая «душа» у них не болит.
Что тут сказать теперь на это? Чувство боли может быть только у живого: у мертвого уже ничего не болит.
Да, еще при жизни человека его личность может скончаться, разрушиться. Вспомним об определенном строе личностных потребностей и о том, как он может нарушиться, рас­пасться; тогда так и говорят: распад личности. Иногда можно услышать: «Погибший человек». Страшные слова!
Личность может умереть при жиз­ни – и Личность может пережить смерть. Все, зависит от того, как про­жить свою жизнь, какой путь выбрать.
Вспомним, как часто в народных сказках звучит этот мотив выбора пути: «Направо если пойдешь, то… Налево пойдешь, то…» Что найдет подросток на пути своем? Подскажите ему: по­думай серьезно, посоветуйся с со­вестью, выбирая свой путь, ведь это – вопрос жизни.