Странная конструкция, которую вы видите на рисунке, — это... карта. Только создали и ру­ководствовались ею микронезийские мореплаватели в далеком прошлом. Легко догадаться, что, если мы сопоставим эту решетку с современной крупномасштабной картой Тихого океана в районе Маршалловых островов, у нас ни­чего не получится. И тем не ме­нее...
Что мы знаем о предках людей, населяющих острова Тихого океа­на? Это были искусные судоводи­тели — на легких каноэ они пре­одолевали гигантские водные про­странства. Отличные пловцы — порой они бросались в воду и долгие мили плыли рядом с каноэ, держась рукой за борт, тем самым облегчая суденышко и охлаждая тело. Они были бесстрашными охотниками — не только не боялись акул, но и умели сражаться с ними. Блестящие знато­ки моря — они умели предсказы­вать погоду по характеру зыби и угадывать течения, чувствуя ма­лейшие изменения в воде под каноэ.
И еще они были удивительными навигаторами: не только ориенти­ровались по солнцу и звездам, но и создавали свои карты, не похо­жие ни на какие другие карты. Потому что бумаги и пись­менности микронезийцы не знали.
Здесь, возможно, последует во­прос: а как же тогда быть с письменами, найденными на ост­рове Понапе? С одной стороны, они напоминают знаки ронго-ронго острова Пасхи, с другой — «азбуку» древних табличек, обна­руженных в Пакистане, в Мохен-джодаро. Вопрос очень уместный, но всё-таки в Микронезии грамоты не существовало совсем. А письменность острова Понапе — загадка, ключ к которой ученые еще не подобрали.
Интересны наблюдения, сделан­ные известным русским путеше­ственником О. Е. Коцебу на тех же Маршалловых островах. Путешественник безуспешно пробовал научить жителей архипелага письменности... . Островитяне с удивлением взирали на буквы, вы­ходившие из-под пера исследова­теля, и никак не могли взять в толк, каким же образом эти стран­ные загогулины могут обозначать море и волны, небо и звезды и вообще все на свете. Впрочем, со временем микронезийцы "взяли реванш". Нынешние обитатели островов Тихого океана, разумеет­ся, умеют читать и писать — в двадцатом веке без этого не обой­тись никому, — а вот европейцы читать их карты не могут до сих пор.
Что же это за диковина такая — карты?
Из высушенных волокон панда­нуса и пальмовых листьев сплета­лась хитроумная решетка. В опре­деленных местах навигатор усеивал ее ракушками каури. И... все. Кар­та готова.
Узловые точки решетки — «пере­крестки» — давали понятие о по­стоянных течениях океанских вод и господствующих ветрах, а рако­вины обозначали рифы и атоллы.
Каждая карта была строго «сек­ретным документом», куда море­плаватель-картограф вкладывал свой личный многолетний опыт. Да и системы записи резко отли­чались друг от друга, поэтому тай­ну карты могли знать только не­многие посвященные — например, подрастающие сыновья или из­бранные люди — члены братства навигаторов.
И никогда микронезиец не брал свою заветную «решетку» в море: не дай бог потерять ее во время шторма! Секрет ракушек и воло­кон надо было тщательно запом­нить на берегу, а карту спрятать в укромном месте, чтобы никто из посторонних не нашел «решетку» и не разгадал Великую Океанскую Тайну.
Ныне секреты древних морепла­вателей утеряны: есть современные карты, есть более точное знание ветров и течений, основанное не на интуиции и опыте отдельного навигатора, а иа длительном изуче­нии морской обстановки с помощью новейших средств, поэтому надоб­ность в «решетках» отпала.
И только, возможно, кто-нибудь из потомков какого-либо знамени­того навигатора прошлого, посмот­рев на творение рук своего пред­ка, вспомнит что-то и скажет:
— Как же, как же, вот эта груп­па каури вроде бы атоллы Утирик, а вот эти — атоллы Ронгелап. Впрочем, может быть, и наоборот...

источник