Главная » Общество и Человек » Тайны кукольного домика


Тайны кукольного домика

Общество и Человек

Riddle

14 июня 2008

Напечатать

Игра в дочки-матери протекает либо в самодельном, либо в специально сделанном игрушечном домике. Традиция таких домиков очень давняя, и мастера XVIII-XIX веков достигли в их создании совершенства. Впрочем, иногда эти домики делались заботливыми родителями. Игрушечный дом представлял собой уменьшенную, но очень точную модель человеческого жилья. Многокомнатный и многоэтажный, он совмещал жилые помещения и хозяйственные. Те и другие были хорошо обставлены. В детской литературе описание кукольных домиков не лишено сентиментального любования: все здесь сотворено с любовью и заботой. Домик маленькой Мари Штальбаум был устроен на полке книжного шкафа с застекленными дверцами:

«Не знаю, милые мои читательницы, есть ли у ваших кукол маленький диван с цветочками, несколько прелестных стульев, хорошенький чайный столик, а главное — очень чистая, блестящая кроватка. Все это стояло в углу шкафа, стены которого в этом месте были оклеены пестрыми картинками».


В кукольном домике девочки нет предметов, нужных для кухни, -романтическая героиня начала 19 века не будет варить, прибирать, готовить. Ей суждено противостоять силам зла (это противные мыши) и испытать романтическую любовь.
По-новому предстал тот же «набор» героев — кукольный дом, мыши и девочка — в детской литературе начала XX века. Прелестный игрушечный домик в стихотворной сказке П. Соловьева «Куклин дом» (1916) — это ладно устроенное домашнее хозяйство. Однако его владелица — неряха, и домик приходит в запустение. Спасительницами домашнего уюта становятся мыши. В отличие от девочки и ее кукол, они не жалеют сил, чтобы сделать домик счастливым.
«Счастливый домик» — именно так называется цикл стихотворений В. Ходасевича (1913). Среди его героев — тоже мыши. Поэт обращается к ним как к верным друзьям:


Друг и покровитель, честный собеседник, Стереги мой домик до рассвета дня...



Таким образом, мыши, которые в романтической сказке начала XIX века воплощают разрушительные силы зла, в литературе начала XX века предстают хранителями домашнего очага, подобно древнеримским ларам. Они не противостоят «кукольному народу», а являются необходимым атрибутом семейного уюта. Оказалась даже возможной дружба между заклятыми врагами — Щелкунчиком и мышами (С. Городецкий. «Щелкун», 1914).
На более «приземленном» уровне в детской литературе конца XIX века появляются подробные описания кукольных домиков, где упор делается на бытовой обстановке: она должна свидетельствовать о буржуазном комфорте. Этажерочки с кружевными салфеточками, резной комод, полочки с фарфоровыми безделушками - непременные спутники «мещанского счастья»:

«Квартира у куклы состояла из двух комнат и кухни. В гостиной стояла парадная голубая мебель, висели зеркала, лежали пестрые коврики, и было даже маленькое, но удивительно искусно сделанное фортепьяно, которое можно было заводить особым ключиком, и оно играло разные песенки. Кухня была битком набита всевозможной посудой — и медной, и стеклянной, и фарфоровой, — а посередине стояла великолепная плита, в которой можно было разводить огонь и варить на нем настоящие кушанья. Всего же интереснее была куклина спальня. Тут стояла и ее роскошная кровать, и полный бельем комод, и шкап со множеством самых модных и красивых платьев, и прелестный маленький умывальник с крошечной педалью, из которой била фонтанчиком настоящая вода».


Подобные игрушки существовали в реальности. В игрушечном магазине Гостиного двора в Петербурге был выставлен для всеобщего обозрения роскошный кукольный дом. Дети могли зайти в него и поиграть. Это игрушечное чудо писательница С. Макарова подробно описала в рассказе «Вот так домик» (1883). И все же в рассказе речь идет не о нем, а о том домике, который был выстроен дядюшкой на глазах у изумленных
детей из картонных коробок и обоев, — их собственном домике, куда с торжеством была внесена маленькая керосиновая лампа. Оказалось, что играть в таком самодельном домике ничуть не хуже, чем в гостинодворском.
Прекрасный кукольный домик сделали любящие родители (мать писательницы была талантливым литератором) для своей дочери в автобиографической повести В. Желиховской «Как я была маленькой». «Папа с мамой целую неделю его оклеивали и убирали гостиную, спальню и кухню». Замечательно то, что у домика была «высокая, как следует, крыша с трубой, а в комнатах сидели и стояли всякие куклы».
Даже в тех случаях, когда состоятельные родители могли купить настоящий кукольный домик, дети предпочитали сами строить такие домики буквально из ничего. Подобные «домики» описываются с юмором, что не мешает писателям восхищаться детской изобретательностью.
Две сестренки начинают утро с игры в дочки-матери (Е. Диц. «Из жизни Леночки», 1912). Тут же в постели они сооружают домик — для этого достаточно натянутой над головой простыни. Старшая из девочек додумывает остальное:
«Подушка моя будет стол, а твоя — давай ее сюда — будет диван. Стульев не надо. Мы будем думать, что они тоже стоят... Теперь давай еще твою маленькую подушечку. Она будет... что же она будет? — Ах, знаю. Свернем ее, и она будет наш мальчик».
«Мальчик» успешно посещает «школу» и живет в импровизированном домике. Но обрушившийся потолок комично прерывает игру в дочки-матери.
Советская детская литература не очень дорожила идеей семейного уюта. Из детского быта уходит специальный игрушечный домик; дети «отвоевывают» у взрослых уголок, кусочек пространства в углу, под столом, лавкой, на
подоконнике — для импровизированного домика, где создается уют,
повторяющий и слегка идеализирующий действительность. Вот подобие настоящего кукольного домика, построенного городской девочкой Машей на подоконнике:

«Там у нее целая квартира была — две комнаты и кухня. Первая комната была спальня. Там стояли кровать, шкаф и ночной столик. А вторая комната была столовая. В ней стол обеденный стоял, буфет и два стула. А в кухне была плита, кастрюльки и сковородки» (А. Введенский. «О девочке Маше, собаке Петушке и кошке Ниточке», 1937).


Зато кукольный домик, сооруженный деревенской девочкой, подчеркнуто прост и повторяет незамысловатый крестьянский быт. Но его простота не отменяет главного: кукла должна в нем жить, а это значит есть и спать:

«Танины куклы жили на полу под лавкой. Их горница с одной стороны была отгорожена бабушкиным сундучком, а с другой — полосатой занавеской. В горнице стоял деревянный чурбачок, на нем лежала перина и было постелено пестрое одеяло. Это была кровать. Другой чурбачок, покрытый белой скатертью, служил обеденным столом. А в жестяной коробке, которая была сундуком, хранились куклины платья» (Л. Воронкова. «Солнечный денек», 1949).


В детской литературе игра в дочки-матери, сооружение дома для куклы описываются как исключительно девичья забава, и в этом детские писатели грешат против истины: в реальной жизни мальчики тоже с удовольствием играют в куклы. Лишь в редких случаях рисуется «мужской» вариант игры в дочки-матери. Любимая игра сына кухарки — возиться с маленькой деревянной куклой Пимперле. Ему доставляет удовольствие уход за «ребенком». У взрослых такая игра вызывает злые насмешки: мальчику нужны каска, сабля и барабан. Но мальчик сохраняет привязанность к любимой игре (И. Феоктистов. «Моя мама», 1892).
О том же свидетельствуют литературные мемуары Е. Шварца, детство которого пришлось на начало XX века:

«У девочек в комнате стояла этажерка, каждый этаж которой был превращен в комнату — там жили куклы. Я обожал играть в куклы, но всячески скрывал эту постыдную для мальчика страсть. И вот я вертелся вокруг этажерки и ждал нетерпеливо, когда девочек позовут завтракать или обедать. И когда желанный миг наступал, то бросался к этажерке и принимался играть наскоро, вздрагивая и вглядываясь при каждом шорохе».


Мальчика привлекают не только куклы, но и сам кукольный дом: он воспринимается как разумно устроенная модель бытия. Быт кукольной семьи вписывается в хорошо налаженный ход жизни и подчиняется социальным порядкам. Вот почему игра в кукольный домик была любимой забавой маленького Александра Бенуа. Над этой игрушкой отец будущего художника втайне трудился несколько недель и вручил сыну в день рождения.

«Этот домик был бумажный, картонный, комнаты были не выше пяти вершков, да и комнат было всего три, из которых одна, большая, служила залом, другая — и столовой, и спальней, а третья — кухней, но зато все это изумительно воспроизводило настоящую и притом довольно "шикарную" квартиру. В зале, оклеенной белыми обоями, «топился» (холодным пламенем из красной фольги) камин, под ним перед зеркалом стояли канделябры и часы,у окна (со слюдой вместо стекла) были повешены кружевные занавески, в углу стоял рояль с поднимавшейся крышкой, стены были украшены картинами в рельефных рамочках. В оклеенной красными обоями столовой, кроме обеденного стола и стульев, стоял еще "удобный" диванчик, кресло-качалка и большой буфете настоящей фарфоровой и стеклянной микроскопической посудой, а смежная со столовой кухня была полна кастрюль, тазов, сковородок, на стене же висел колокольчик, который заливался тоненькой дробью, если отворяли входную дверь. В петербургских домах только тогда стали вводить общественное водоснабжение, но уже в моем домике был водопровод, по крайней мере, на это указывали кран и раковина».


Так игра в кукольном домике далеко выходит за рамки игры в дочки-матери. За нею стоит вхождение в человеческую культуру. И здесь функции игры в жизни и в детской литературе совпадают. Другое дело — литература взрослая: кукольный — значит ненастоящий, лишенный жизни, и в пьесе норвежского драматурга Г. Ибсена «Кукольный дом» с таким домом связано постылое, хотя внешне вполне благополучное существование.
У кукольного дома есть и еще одно значение. Ведь это и дом для куклы, и дом для самого ребенка, где он укрывается от внимания взрослых и их вмешательства в свою жизнь. Значение детского игрального домика как психологического убежища литература открыла лишь в XX веке. Отграниченное пространство, в котором ребенок волен «водить» куклу и разыгрывать воображаемые роли, иносказательно говорит об особых правах ребенка на свой внутренний мир (старая детская литература ему в этом часто отказывала). Маленькие девочки строят в саду домик для игры в дочки-матери. Взрослые помогают им: достают материал, вставляют рамы, делают двери. Они же снабжают домик всем необходимым.

- Наш дом! Наш дом!
С окном!
С крыльцом!
Наш дом! Наш дом!
С потолком!
С крючком!

Саша Черный. Домик в саду. 1920-е годы


Главное достоинство построенного дома — крючок, на который дети закроют дверь своего убежища: ведь когда начнется игра, вход взрослым туда будет закрыт.
Тайных домов детская литература XX века описала немало: шалаши, чердаки, землянки. Дом для куклы — форма потаенного укрытия, которое также может быть предназначено и для хозяев куклы. Писатели и поэты стоят на защите такого дома, тем самым признавая права ребенка на самостоятельную жизнь. «Каждый должен иметь свой дом — свой собственный, тайный, маленький дом!» — заявляет современная поэтесса и погружается в детские воспоминания:

Когда-то давно
У меня был дом —
Собственный дом
Под большим столом,
Под круглым, дубовым, большим столом.
Белая скатерть лежала на нем,
И получался прекрасный дом —
С большими стенами,
С потолком!
Я там любила
Книжки читать,
Или играть,
Или просто мечтать...
Главное —
Там я была одна,
И не видна,
И не слышна.

Т. Макарова. Тайный маленький дом. 1980


Самодельный домик может служить убежищем не только для ребенка, но и для его родителей — такое открытие сделала детская литература начала XXI века. Напряженность современной жизни, о которой детские писатели пишут то с юмором, то с грустной иронией, делает семейное счастье хрупким и неустойчивым. Вот почему так дорожит ребенок минутами уединения с родителями. Чтобы это случилось, нужны порой из ряда вон выходящие события, например, чтобы погас свет:

«Мы вместе садимся на диван, накрываемся одеялом. Мама и папа по очереди рассказывают в темноте сказки. И мне совсем не страшно, а даже наоборот -уютно и тепло» (О. Кургузов. «Во всем виноват Фарадей», 2003).


Но, к огорчению ребенка, вспыхивает свет — и окружающая жизнь вновь вторгается в семейный мир.
Так детская игра связывается с особым пространством — игрушечным домиком, семантика которого далеко выходит за пределы игры и соотносится с представлениями о свободе человеческой личности и ее незащищенности в мире.

Тайны кукольного домика

В таком домике, сделанном из накинутого одеяла, укрывается ребенок вместе со своими родителями от неустроенности окружающего мира (0. Кургузов. «Наш кот — инопланетянин». М.: Эгмонт, 2003, худ. Д. Герасимова).

Тайны кукольного домика

Такой кукольный домик сделала деревенская девочка в крестьянской избе (Л. Воронкова. «Солнечный денек», М.; Л.: Детгиз, 1948, худ Н. Кнорринг).


Тайны кукольного домика

Чаепитие в кукольном домике (М.;Л.: Изд. дет. лит., 1937), худ. Е. Сафонова.

-------------------
Марина Костюхина "Игрушка в детской литературе"







После этой статьи часто читают:

  • Куклы-дочки и дочки-матери
  • Игрушка в детской литературе
  • Игрушечные инструменты для «уроков труда»
  • От кареты до ракеты
  • Прощание с игрушкой
  • Игрушка на пересечении литературных эпох
  • Щелкунчик, или следствие воображения


  • Просмотрено: 1067 раз

    Добавление комментария

    Имя:*
    E-Mail не обязательно:
    Введите слова или цифры, показанные на изображении: *

    Поиск по сайту

    Карта сайта:
    1 ,2 ,3 ,4 ,5 ,6 ,7 ,
    8 ,9 ,10 ,11 ,12 ,13
    Пользователи  Статистика

    Архив новостей

    Январь 2017 (3)
    Март 2016 (4)
    Январь 2016 (6)
    Сентябрь 2015 (5)
    Апрель 2015 (4)
    Март 2015 (5)

    Правила

    Наши друзья

    Новости партнеров

    01Категории

    02Популярные статьи


    03Опрос на сайте

    Вам понравились наши статьи? Сделайте комментарий и проголосуйте, пожалуйста. Нам важно ваше мнение.

    Отлично, добавил в закладки
    Хорошо, статьи понравились
    Кое-что интересно, выборочно
    Скучные статьи
    Оставил комментарий
    Читать и писать неумею


    04Календарь

    «    Ноябрь 2017    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     
    1
    2
    3
    4
    5
    6
    7
    8
    9
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
    19
    20
    21
    22
    23
    24
    25
    26
    27
    28
    29
    30